Партнеры
18
Вс, авг

Typography
  • Smaller Small Medium Big Bigger
  • Default Helvetica Segoe Georgia Times

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

           Ровно год назад на сайте «Болхов.ру» был размещен очерк Вячеслава Рыбникова «Этот странный орловский крюк кавказского маршрута Пушкина»,

где на основе анализа дорожников, путевых записок Пушкина  и ряда других данных, была  подвергнута сомнению общепринятая точка  зрения о проезде Пушкина через Орёл специально ради встречи с Ермоловым. Внутренняя  убеждённость автора опиралась не столько на приведённые в очерке факты, сколько на работы пушкиниста Т.К. Галушко.

           В конце очерка было отмечено, что к 220-летнему юбилею Пушкина и 190-летию его проезда через наш край, будут подготовлены материалы, содержащие попытку развить мысли Галушко и описать тайный пушкинский маршрут, скрытый поэтом как от властей, так и читателей. Такой материал, действительно, удалось подготовить в форме книги из 11-ти глав  (вышла она совсем малым тиражом в орловском изд-ве «Картуш»).

 Для сайта «Болхов.ру» предлагается  глава из этого издания под названием «…На Калугу, Белёв и Орёл». 

 

            По представленной Пушкиным в «Путешествии в Арзрум» краткой маршрутной формуле за Белёвом сразу шёл губернский город Орёл, хотя по всем географическим канонам место здесь было занято неизвестным уездным городком орловской губернии под названием – Болхов (не все так считают, но в этом очерке попытаемся их разубедить). Знал ли о его  существовании Пушкин? Возможно, что и знал. Однако же до того времени с городом ему сталкиваться не приходилось, поскольку о нём нет ни единого его упоминания, а вот со словом «Болховской» он был очень даже знаком, поскольку сам же его и записал в своих «Дневниках», но, правда, на несколько лет позднее – в дневнике за 3 июня  1834 года.  Вообще-то, о Болховском – генерале, про которого у него речь идёт  в этой записи,  знал он, видимо, давно, а сблизился всё в ту же пору тесных контактов с семьёй Орловых в период своего южного изгнания. Как раз тогда в Кишинёве генерал находился в подчинении у М.Ф. Орлова, поскольку был командиром 1-й бригады его 16-й дивизии. Оживленные беседами обеды у обоих генералов постоянно притягивали молодого поэта.   

            Занятно, что Пушкин в дневниках это слово так и писал – «Болховской», хотя в процессе, уж не знаю каких, родословных пертурбаций,  оно преобразовалось в  другое –  «Бологовский»! 

            Просто в силу любопытства, а может быть и ради пушкинской шутки, привожу выдержку из его дневника и комментарий к ней. (Пушкин А.С. «Дневники. Записки», 1995, С. 42, 240).

 
 

            К сожалению, в научном комментарии, кое-что напутано. Генерал Д. Н. Болховской «советником и вице-директором Департамента внешней торговли в 1836-37 гг.» никогда не был. Был им другой Болховской (Бологовский) – Яков Дмитриевич (1798-1851), статский советник, служивший в Одессе. Он тоже упомянут Пушкиным в «Дневнике 1833-35 гг.» за тот же 1834 год, только чуть ранее – 8 апреля, когда вместе с поэтом, получившим чин камер-юнкера, представлялся императрице. Пушкин тогда записал его мнение и взгляды на Воронцовых и «одесскую жизнь». Это хорошо видно из справочника Л. Черейского «Пушкин и его окружение», С.44: 

                     

            Но суть, конечно, не в этом! Суть в том, что, – сколько ни ковыряй пушкинскую биографию и его труды, а «Болхова» и родственных ему слов в них более не обнаружишь.

            Однако, несмотря на это, благодаря работе местного журналиста и краеведа Александра Егоровича Венедиктова болховское краеведение имеет замечательный труд  под названием «России сердце не забудет» на тему корней, родных и друзей Пушкина, вышедшее первым изданием в 1990 году. А в 2014 году к 215-летию Пушкина, книга была переиздана в более солидном виде.

     

                  Два издания книги А.Е. Венедиктова «России сердце не забудет»

            Своими корнями Пушкин оказался близок болховской земле по причине того, что родом отсюда Ржевские – его предки по материнской линии. Наиболее известный из них воевода Иван Иванович Ржевский (1615-1678), погибший при турецкой осаде Чигирина, похоронен в центральном храме Болхова – Спасо-Преображенском соборе, отцом его заложенном и изначально построенном[1]. Сын погибшего воеводы Тимофей Ржевский, упомянутый Пушкиным в «Истории Петра I», покоится рядом с отцом под сводами того же собора.

            С болховским краем была тесно связана жизнь и ряда друзей А.С. Пушкина, таких как Н.М. Карамзин, В.А. Жуковский, А.А. Плещеев, Н.И. Кривцов, а также некоторых декабристов и знакомых поэта.

            Так что А.Е. Венедиктову было о чём писать в этой книге!

«… Поэт постоянно интересовался своей родословной. Она прочно вошла и в его творчество. В «Арапе Петра Великого», в «Истории Петра», в «Родословной моего героя» и других произведениях отразилась и его родословная. Пушкин давал резкую отповедь тем, кто чурался своих родовых корней. «Неуважение к предкам есть первый признак дикости и безнравственности», – замечал он и своими делами, поступками доказывал преданность Родине и предкам. Примечательно в этом отношении его письмо П.Я. Чаадаеву от 19 октября 1836 года: «...я далеко не восторгаюсь всем, что вижу вокруг себя; как литератора – меня раздражают, как человек с предрассудками – я оскорблён, но клянусь честью, что ни за что на свете я не хотел бы переменить отечество, или иметь другую историю, кроме истории наших предков, такой, какой нам бог её дал».

В этом весь Пушкин!

            Какие думы волновали поэта, когда он проезжал по земле своих предков?!

            Сейчас мы можем только предположить, на что он обратил бы внимание в Болхове. В центре города, на месте старой крепости, возвышался собор, под сводами которого покоился его замечательный пращур...».

            Как это всё верно! Но, проезжая Болхов, знал ли об этом сам Пушкин?

            Прямо на такой вопрос довольно трудно ответить. С одной стороны никаких записей и пометок по истории рода Ржевских у него нет, с другой стороны в «Арапе Петра Великого»  чувствуется отголосок памяти: отец невесты арапа назван Гаврилою Афанасьевичем Ржевским, что сходно с Юрием Алексеевичем Ржевским (внуком чигиринского воеводы). На плите его захоронения в бывшем Знаменском монастыре Москвы по описанию архимандрита Сергия стояло церковное его имя – не Юрий, а Георгий Алексеевич (впоследствии бывшая на нём надпись не сохранилась). Исходя из этого Н.К. Телетова, автор книги «Забытые родственные связи  Пушкина» предполагала, что «Пушкин использовал инициалы своего предка – «Г.А.» – в качестве начальных букв для имени героя романа «Арап Петра Великого» – Гаврилы Афанасьевича»  (С. 96). У Юрия Ржевского было три сына и четыре дочери, из которых младшая Сарра – прабабушка Пушкина. «Если три плиты (Знам. монастыря) сохранились ещё в 40-е годы XIX в., то знала их и Мария Алексеевна. Можно почти с уверенностью говорить, что и Пушкин, как в детстве с бабушкой, так впоследствии один, посещал эти могилы славных своих предков. Думается, что именно визуальное восприятие надписи на могиле прапрадеда натолкнуло его на использование первых букв имени Георгий Алексеевич Ржевский в варианте Гаврила Афанасьевич Ржевский.

            Соединив два поколения в одно при помощи художественного вымысла, Пушкин заставил своего прадеда Абрама Ганнибала жениться не на гречанке Диопер, а на Ржевской, в то время как на дочери Сарры Ржевской Марии Пушкиной женился уже дед поэта – Осип».

            Упоминание о Ржевских встречается также у поэта в планах «Повести о стрельце».             Насколько углубленно Пушкин был знаком с историей рода Ржевских сказать трудно. Исходя из этого, утверждать, что он знал, о том, что его пращур покоится в главном храме города Болхова  мы, к сожалению, не можем.  

            Заходил ли он в храм? Думаю, вряд ли, поскольку при калужском маршруте к Орловым в Милятино, и дальнейшему проезду через Мещовск-Козельск-Белёв при безостановочной езде мог оказаться в Болхове лишь часам к 20-ти вечера. Видеть он его, возможно, и видел в заходящих лучах солнца. Но тогда в 1829 году Спасо-Преображеский собор Болхова имел совершенно другой вид, нежели сейчас. Был он хотя и каменным, но небольшим и двухэтажным, поэтому над окружающей местностью так не довлел, как нынешний, возведённый за десятилетие – 1841 по 1851-й. С другой стороны в период проезда Пушкина могла строиться новая колокольня собора, поскольку на её шпиле сохранилась надпись: «сентября 24 дня 1833 года изделан сей шпиль...».

     

Спасо-Преображенский собор г. Болхова и памятная плита И.И. Ржевского 

            По поводу проезда Пушкина через Болхов А.Е. Венедиктов ещё в 1982 году в главе «На пушкинской дороге» первой своей краеведческой книге «Болховские куранты» писал:

            «Поля, как чёрно-зелёные лоскуты бархата, подступали к дороге, уходили за горизонт и сливались с голубым весенним небом.

            Бричка катила, подпрыгивая на ухабах. Остался позади Белёв, впереди был Болхов. Пушкин ехал на юг, на Кавказ. Поэт решил завернуть в Орёл к опальному генералу А.П. Ермолову.

            Были у него друзья и в нашем крае. В Черни жил арзамасец А.А. Плещеев, в селе Тимофеевском (ныне Фаддеево) – Н.И. Кривцов.

            Из поколения в поколение потом передавался в доме Плещеевых рассказ о приезде Александра Серегеевича Пушкина…».

А вот выдержки о проезде Пушкина из следующей книги «России сердце не забудет» 1990 года:

«Май 1829 года застал поэта в пути. Он отправился на Кавказ, где служил его брат Лев, где находились многие друзья-декабристы.

Из Москвы его путь лежал на юг по старому почтовому тракту, на котором находился и Болхов.

Пушкин впервые оказался на земле своих предков Ржевских, о которых ему в детстве рассказывала бабушка, Мария Алексеевна…

Для нас остаётся загадочным отрезок пути Пушкина из Белёва в Орел. Он не обозначен в путешествии, но ему некуда было свернуть – дорога вела только через Болхов.

А вот умолчать об этом Пушкин был вправе. За ним следили сотни жандармских глаз, притом в болховском крае жили его давние Друзья: в селе Тимофеевском – Николай Иванович Кривцов, а в селе Чернь – Александр Алексеевич Плещеев, семейства, которых были затронуты декабрьскими событиями.

Поэтому Пушкин и не упомянул в своём путешествии Болхов, а в первоначальном издании даже опустил свой разговор с Ермоловым. Этим самым он старался не навлечь беды на друзей, с которыми встретился на Орловщине.

Сохранилось предание о том, что Пушкин заезжал к Плещеевым в Чернь…

Кстати, старая дорога, связывающая Болхов с Орлом, проходила через многолюдные сёла Борилово и Злынь, а от них рукой подать до Черни и Тимофеевского, а здесь же рядом и Моховица, и другие деревни, когда-то принадлежавшие Ржевским.

Теперь на Орёл – новая дорога, а о старой давным-давно забыли…»

Оба этих текста необходимо разобрать, поскольку и до сей поры есть краеведы, которые их цитируют.

            Во-первых, нужно отметить явную ошибку – указание на бричку. Это не в укор Венедиктову. По поводу того, в каком дорожном экипаже ехал Пушкин на Кавказ, к сожалению, подчас путаница идёт до сих пор. Вот, к примеру, цитаты, из современной книги 2017-го года «Ермолов знакомый и неизвестный» двух орловских краеведов, полагавших, что Пушкин ехал в кибитке: «Кибитка, подпрыгивая на колдобинах приближалась к Орлу», «Шлагбаум открылся, и кибитка покатила навстречу Ермолову…» (С. 104), хотя там же далее можно прочесть «Пушкин ехал «в тяжёлой петербургской коляске…» (С. 108).  А между тем достаточно почитать самого Пушкина, чтобы понять, что их надо различать: «Долго ль мне гулять на свете / То в коляске, то верхом, / То в кибитке, то в карете, / То в телеге, то пешком?», тем более, что для местных краеведов он оставил чисто орловскую строчку: «Несколько раз коляска моя вязла в грязи…», чётко определив свой вид экипажа.

            Теперь коснёмся абзаца о загадочности отрезка пути из Белёва в Орёл и фразы «ему некуда было свернуть – дорога вела только через Болхов». Признаемся, – утверждение это не совсем верно, была ещё дорога на Мценск, поэтому в данном вопросе не все орловские краеведы единодушны с Венедиктовым. Да, формально «Летопись жизни и творчества Пушкина» (т. 3, С. 49) в 1999 году утвердила проезд Пушкина через Болхов, но, несмотря на спорность указанного в ней маршрута от Москвы, по поводу участка Белёв-Болхов, я с ней полностью согласен. Между тем словарик А. Бельского «Пушкина свет над землёю Орловской» (1999) указывает: «Литературовед В.А. Громов говорил, что некоторые краеведы считают, что Пушкин мог приехать в Орёл из Мценска (телепередача «На фоне Пушкина», ОГТРК, 3 ноября 1999, запись сделана весной 1999 года)» (С. 24). Мне самому приходилось также сталкиваться в разговорах с такой точкой зрения. К тому же отмеченная дорога от Белёва на Мценск действительно была, и она описана в «Почт словаре…» П. Орлова (С. 46). Вот из него выдержка по интересующим нас направлениям:

«БѢЛЕВЪ г. Тульской Губ. на уѣзд. поч. д. въ немъ Бѣлевская Городовая Поч. Кантора, вѣдомства Тульской Губ. Поч. Конторы. Дороги от него в города:

Козельскъ: Березово 11. и г. Козельскъ 24. Всего 35 в.

Болховъ:  Дольцы 21. и г. Болховъ 24. Всего 45 в.

Мценск: Больше-будоговища 29. Троицкое 21 и г. Мценск 18. Всего 68 в.».

Из неё видно, что дорога эта на 24 версты была длиннее основной почтовой дороги на Болхов. Шла она вначале примерно параллельно болховской дороге по правому берегу Оки (если смотреть по течению), а затем Зуши через населённые пункты – Темрянь, Песковатое, Железницу, Будоговищи, Большие Голубочки, Тшлыково, Троицкое, т.е. там, где во время Великой Отечественной войны, длительное время в 1942-43 гг. стоял фронт со стороны наших наступающих частей. От самих же городов Мценск и Болхов до Орла расстояние примерно одинаковое – 53-54 вер. (см. «Почт. дорожник» 1824 г., С. 14, 142)  

            В принципе, с этими двумя вариантами достижения Орла из Белёва определился ещё орловский краевед Виктор Емельянов к 160-летию пушкинского проезда (1989 г.), одним из первых опубликовавший в областной газете статью «По каким дорогам ехал поэт?». В ней он пишет: «…В его [Пушкина] распоряжении было две возможности: через Болхов или через Мценск. Протяженность обеих этих дорог была почти одинаковой [sic], но одна из них  – через  Мценск – проходила поблизости от рек Оки и Зуши, следовательно,  приходилось пересекать большое количество притоков этих рек, а другая – через  Болхов – шла преимущественно водоразделами. Часть пути – на участке от Болхова до Орла – это часть татарской Царёвой дороги, а их татары, как известно, для своих набегов выбирать умели».  Всё верно за исключением протяжённости дорог.  Могу ответственно заявить, что данные «Почт словаря …» П. Орлова по указанным 68 вёрстам вполне справедливы, поскольку данное расстояние от Белёва до Мценска промерил лично по современной топографической карте Тульской области масштаба 1:200 000 (С.27, 14 и 20). Чтобы окончательно убедить в этом читателя даю визуальное сравнение этих дорог по «Карте Европейской России и Кавказского края» 1862 года.

 

Сравнение двух дорог из Белёва – до Болхова и Мценска

            Кроме довольно внушительного довода приведённого Емельяновым, был у Пушкина и ещё один предлог чтобы проехать через Болхов. Он содержится в конце каждой из приведённых выдержек книг Венедиктова, на него ссылается и автор  предыдущей публикации в последней подготовленной для печати в 1991 г. своей книге «Записки Орловского краеведа» (имеется единственный экземпляр в краеведческом отделе Бунинской библиотеки  г. Орла). В ней он продолжил мысли, процитированные из газеты, следующими словами: «Таковы наши соображения, высказанные в самом общем виде. Но есть и другие более конкретные свидетельства. Вот что прочитали мы в изданной в 1984 году книге орловского писателя и поэта Василия Катанова «Вечерние беседы»: «Газета «Орловский край» 16 декабря 1916 года утверждала, что по дороге на Орёл поэт заехал в Большую Чернь к Плещеевым…» (С. 187). Село Большая Чернь находится верстах в одиннадцати к юго-западу от Болхова, и проехать к нему никак нельзя минуя этот город. Несомненно, Пушкин ехал в Орёл через Болхов, а не через Мценск…»  

            Надо сказать, что старейший орловский краевед Василий Михайлович Катанов, помещая в большинстве своих историко-краеведческих книг рассказ о пушкинском посещении Орла, наиболее последовательно отстаивал и точку зрения А.Е. Венедиктова на проезд поэта через Болхов и посещении Пушкиным семейства Плещеевых. За тридцать прошедших лет позиция его не изменилась. Так в книге «История Орловского края», 2012 г. он пишет: «Болхов не упомянут, но он был на пути. Поэт видел то, что живо описал в своей книге «России сердце не забудет» Александр Венедиктов (Тула, 1990), дорогой моей памяти литератор-патриот (1935-1995)». А далее приводя строки его книги, по-прежнему  дополняет: «Добавим: предание о заезде поэта в Большую Чернь к Плещеевым было опубликовано в газете «Орловский край» 16 декабря 1916 года. С Петром Александровичем, хозяином имения, Пушкин мог быть знаком по Петербургу, поскольку тот учился в Благородном пансионе вместе с братом поэта Львом. Хорошо знал Пушкин по «Арзамасу» также отца хозяина, композитора и драматурга Александра Алексеевича Плещеева, давнего друга Жуковского»  (С. 165)

                Я как-то попытался разыскать этот номер газеты «Орловский край» за 1916 год, которая выходила в Орле всего лишь один предреволюционный год. Но, увы! Причина неудачи оказалась банальна – ссылка во всех краеведческих изданиях шла не на тот номер. В этом плане прав оказался Л.А. Черейский, поместивший в своём словаре-справочнике  «Пушкин и его окружение» более верную сноску об этом событии к словарной статье «ПЛЕЩЕЕВ Петр Александрович» – «Орловский край», 1916, 18 дек., № 206, с.2. (С. 334) Кажется, ошибка незначительна – всего лишь в одной цифре! А поди-ка, попробуй отыскать что-то в таком объёме газетной информации! В прошлом году для настойчивых поисков пришлось привлечь МБА областной Бунинской библиотеки с выходом на центральные библиотеки страны. Столетняя статья – единственный  первоисточник с биографическим упоминанием о болховском проезде Пушкина, была найдена, но при первом знакомстве с ней, честно говоря, вид её как-то не внушает доверия! Хотя по стилю изложения она значительно отличается от статьи г. Птицына «А.С. Пушкин в Малоархангельске в 1830-х гг.», и по изложенным фактам вполне точна, строго придерживаясь путевых записок Пушкина,  однако её автор-краевед анонимно скрылся, подписавшись семью точками и буквой «въ» на конце. Над колонками статьи стоит непрезентабельное заглавие «Орловская старина», и тут не совсем ясно: то ли её название такое, то ли у газеты была постоянная рубрика с таким заголовком. Во всяком случае, похоже на второе, поскольку в её начальных двух столбцах колоритно описана привольная помещичья жизнь в болховских поместьях, без всякого упоминания Пушкина,

 

Выдержка газеты «Орловский край», №206 от 18 декабря 1916 года

лишь мельком затронуто имение Плещеевых. Событию же, ради которого понадобилась сама статья, уделено всего два предложения: «Въ этомъ [1829] году Пушкинъ посѣтилъ Орелъ, прогостивъ нѣсколько дней в Болховскомъ уѣздѣ, въ имѣнiи Петра Александровича Плещеева, съ которымъ познакомился и близко сошелся черезъ В.А. Жуковскаго, часто заѣзжавшаго изъ Бѣлева в Плещеевскую Чернь. О пребыванiи Пушкина въ Черни, которая до сего времени принадлежитъ роду Плещеевыхъ, сохранилось много семейныхъ преданiй». Вот так лаконично по аналогии с пушкинскими записками привёдена данная информация! Сей единственный и известный автору факт при проезде Пушкина по Орловщине он счёл необходимым сопоставить с другим фактом, согласно которому в то же самое время в Орле о проезде великого поэта «никогда, нигде и ничего не говорят».

            За 1916 годом последовала революция, которая смела все помещичьи поместья, дворянские роды и семьи, поэтому и от приведённых преданий не осталось ничего: от самой Плещеевской усадьбы сохранились лишь подсобные и служебные помещения.    

            Исходя из этого, чтобы восстановить возможный факт попытаемся, согласуясь с логикой пушкинской биографии и его путешествия, разобраться, чем мог быть обоснован такой заезд к Плещеевым в реальности, и оценить его осуществимость. Об этом нам поведает следующий очерк «Я дружбе верен стал».      

------------------------------------------------------------------------ 

[1] К юбилейному 400-летию И.И. Ржевского, исполнившегося в 2015 году, мной был подготовлен очерк «Пращур Пушкина Иван Иванович», с частичной опорой на данные из книги Венедиктова (см. «Болховские истории», кн. 2, Орёл: Картуш, 2016, С. 4-15, а также статьи сайта «Болхов.ру»).

Источники:

  1. «Карта Европейской Россiи и Кавказскаго края составленная по новѣйшимъ свѣдѣнiямъ при Военно-Топографическомъ Депо, изданная Императорскимъ Русскимъ географическимъ обществомъ в 1862 году". http://www.etomesto.ru/map-atlas_1862/
  2. «Указатель имён» // А.С. Пушкин «Полное собрание сочинений в 19 т. (тома 17 и 18 – дополнительные)», т. 19 (информационно-справочный), М.: Воскресенье, 1997 г. – С. 150
  3. Пушкин А.С. «Дневники. Записки», СПб.: Наука,1995. – С. 42, 240
  4. «Дневникъ Пушкина 1833-1835», под ред. и съ объясн. прим. Б.Л. Модзалевскаго – М.-Петроград, 1923. – С. 137-138, 143,
  5. Черейский Л.А. «Пушкин и его окружение» Изд. 2-е доп. и перераб.– Л.: Наука, 1988. – С. 44-45, 334
  6. Венедиктов А.Е. «России сердце не забудет» – Тула: Приокское кн. изд-во, 1990. – С. 247-249
  7. Венедиктов А.Е. «России сердце не забудет», Изд. 2-е испр. и доп. – Орёл: «Картуш», 2014. – С.257-258
  8. Телетова Н.К. «Забытые родственные связи А.С. Пушкина» – Л.:: Наука, 1981. – С. 96
  9. Венедиктов А.Е. «Болховские куранты» – Тула: Приокское кн. изд-во, 1982. – С.55-56
  10. Воробьев А.В., Гольцова А.В. «Ермолов знакомый и неизвестный» – Орёл: ИД Орлик, 2017 г. – С. 101, 104, 108
  11. «Летопись жизни и творчества А.С.Пушкина», т.3 – М.: Слово/Slovo, 1999. – С.49
  12. Бельский А.М. «Пушкина свет над землёю Орловской» – Орёл, 1999. – С. 24
  13. «Почтъ Словарь Россiйскаго Государства, описывающiй всѣ почтовые тракты и большiя проѣзжiя дороги, соединяющiя мѣжду собою всѣ города Имперiи и присоединенныхъ къ оной областей: Бѣлостокской, Грузiи, Бессарабiи, Новой- Финляндiи, и Царства Польскаго, составленный по алфавиту коллежскимъ совѣтникомъ Павломъ Орловымъ. – СПб: Въ медицинской типографiи, 1820. – С. 46
  14. «Тульская область. Топографическая карта». Масштаб 1:200 000, М.: ВТУ ГШ, 1997. – С.27, 14, 20
  15. Емельянов В. «По каким дорогам ехал поэт?», «Орловская правда», №131, 06.06.1989, С.3
  16. «Почтовый дорожникъ или Описанiе всѣх почтовыхъ дорогъ Россiйской имперiи, царства Польскаго и другихъ присоединенныхъ областей, въ трехъ частяхъ…», СПб.: Въ Типографiи Медицинскаго Департамента Министерства Внутреннихъ дѣл, 1824 г. – С.13, 14, 31, 142
  17. Емельянов В. «Записки орловского краеведа» (машинопись), Орёл, 1991, С. 128
  18. Катанов В.М. «Пушкин у Ермолова» // Василий Катанов «История Орловского края» – Орёл: Орлик, 2012 – С. 165
  19. «Русские дореволюционные газеты в фондах Государственной библиотеки СССР имени В.И. Ленина»: Алф. каталог. – 2-е изд., испр. и доп. – Ч. 5, М.: ГБ СССР им. В.И. Ленина, 1986. – С. 105
  20. «Орловская старина», газ. «Орловский край» №206, 18 дек. 1916. – С. 2